Жанна Бадоева — Работа как образ жизни

Жанна Бадоева биография «Какое счастье жить как хочешь, особенно когда друзья и близкие принимают твой выбор!», — считает Жанна Бадоева.

— Жанна, с февраля вы путешествуете с Первым каналом в программе «Жизнь других». Формат для вас не нов. А что самое сложное именно в этом проекте?

— На съемки программы отводится всего четыре дня. Это очень серьезный темп, расслабляться нельзя, работаем с шести утра и до глубокого вечера. Но сложнее всего, пожалуй, разница во времени, которая просто сводит меня с ума. Например, через пару дней после возвращения из Токио мы уже улетели в Афины. Не понимаем, сколько спим, просыпаемся глубокой ночью… Но все это ерунда по сравнению с удовольствием от того, что удалось осуществить задуманное.

— Но за два дня невозможно и отдохнуть, и пообщаться с семьей, и подготовиться к съемкам в незнакомой стране!

— (Смеется.) В рабочем режиме я встаю в 5 утра и бодрячком, с улыбкой, делаю свою работу. Когда ты уже в процессе, настроился, то держишься. Но как только все заканчивается, просто падаешь! И понимаешь, что, если сейчас вдруг скажут еще куда-то ехать, это будет уже невозможно. Этот марафон длится с декабря.

— Такими темпами вы за год объедете весь мир.

— Во-первых, мир огромный. Во-вторых, во многие страны хочется вернуться. Например, север и юг моей любимой Италии — это уже две программы. А ведь есть еще Ватикан, Неаполь, Сицилия, Рим. И все это разный менталитет, ритм жизни… Мы путешествуем в основном по столицам и мегаполисам, а я бы заглянула, например, во французскую провинцию. Сейчас открыты все карты, маршрутов очень много, главное — желание.

— При том что «Жизнь других» напоминает фильмы-путешествия Владимира Познера, ваш проект более легкий, без глубокого экскурса в историю и обобщений…

— Сам формат не оригинален, все дело в авторском видении и подаче. Мы в своей программе основное внимание уделяем бытовым вещам, общим для всех — политиков, звезд шоу-бизнеса или студентов. Все утром просыпаются, принимают душ, завтракают и идут по своим делам. Но один и тот же сюжет все режиссеры снимут по-разному, через призму собственного восприятия.

— А что вас может остановить в работе?

— Все, кто меня знает, не сомневаются, что мне не нужен адреналин. Иногда возникает желание попробовать что-то небезопасное, но сдерживает страх, и никакой потребности его преодолевать у меня нет. Несмотря на свою стеснительность и закрытость, во время работы я забываю обо всем и с удовольствием общаюсь с людьми. И даже незнание языка меня никогда не останавливало (смеется). Робость уходит, появляется какой-то азарт. Я никогда не задумываюсь: а зачем мне это, стоит ли оно того?

— Преодолеть стеснение — это одно, а инстинкт самосохранения — все же несколько другое…

— Прежде чем сделать шаг в неизвестность (смеется), я все буквально сканирую: тут привязали, там пристегнули… Еще один немаловажный фактор — доверие. Если человек за доли секунды может меня убедить — что не так просто, — то я спокойно иду и делаю то, что требуется.

— Вы называете себя человеком закрытым, но производите совершенно противоположное впечатление…

— Я могу довериться даже малознакомому человеку, если мне покажется, что мы на одной волне. Иногда это срабатывает против меня же. Но я никогда не жалею, что была с кем-то откровенна. Хотя надо сказать, что я так уж сильно не раскрываюсь, в том числе и в своих социальных сетях. Конечно, для публичного человека это очень удобная платформа: любую мысль, действие или событие ты за секунду можешь донести до своего читателя.

Но я понимаю, что соцсеть — это все-таки искаженная реальность, причем как со знаком плюс, так и со знаком минус. Безудержный восторг, равно как и язвительная критика, не отражают реальной картины. В современном мире без Интернета уже никуда. Какое счастье, что есть, например, Инстаграм и в любой момент можно посмотреть, где я нахожусь и что делаю. Раньше моя мама очень переживала, когда «теряла» меня, а теперь мы всегда на связи. Это огромный плюс.

— Ваши родители по-прежнему живут в Киеве? Как часто вы видитесь?

— Опять же, счастье, что мы живем в такое время! Три часа на самолете — и ты в окружении родных людей. А ведь те же три часа можно простоять в пробке. Чаще родители летают ко мне в Италию. Единственная проблема — застать меня дома (смеется).

— С мужем вы вместе 5 лет. Как он переносит ваше постоянное отсутствие?

Жанна Бадоева муж личная жизнь— До свадьбы я ведь тоже не сидела дома. Слава богу, мой муж умный человек и понимает, что отношения — это не только возможность постоянно держать жену за руку. Расстояние не мешает нам быть родными людьми, друзьями, мужем и женой. Он прекрасно знает, что работа для меня не просто работа, а образ жизни, удовольствие, мое эмоциональное состояние.

Мы созваниваемся два раза в день, он знает, как я спала, что ела. А я — что происходит у него, у дочки, как собаки. Дочери постоянно объясняю: «Лолиточка, это моя судьба, мне повезло найти свой путь. Не все люди, живущие вместе, так же счастливы». Ведь очень больно, особенно с возрастом, не ловить кайф от работы, понимать, что твой потенциал не востребован.

— Кто ваш муж по профессии?

— Василий с детства занимался музыкой, окончил Римскую консерваторию по классу кларнета и саксофона — а в Италии в консерваторию поступают только одаренные люди. После его пригласили в Ла Скала. Но, поняв, что годами придется сидеть в оркестре, он решил попробовать что-то еще. У него хороший вкус, он попробовал вести модный бизнес и достиг больших успехов. А потом женился на мне и теперь продюсирует нашу программу (смеется).

— Вы ровесники?

— У нас небольшая разница в возрасте. Первый муж был старше меня на 12 лет, второй — моложе на 9, третий тоже моложе, но у меня ощущение, что наоборот (смеется). Такой серьезный и надежный он не только со мной — все коллеги, друзья, родные чувствуют себя рядом с ним очень комфортно и спокойно.

— Какие проявления любви для вас важнее — тактильный контакт, подарки, забота?

— Думаю, что главное в мелочах: что поел, как себя чувствует, устал ли — без этого никак. Но еще важнее, когда доверяешь человеку, как своей правой руке. Мне, честно говоря, необходимо личное пространство. Я могу закрыться в спальне и часик просто полежать. Но при этом знаю, что муж рядом, в любой момент позову — и он придет.

— Вы как-то сказали: «Полжизни прожито, поэтому вторую половину я хочу прожить счастливо и все для этого сделаю». А что именно?

— Я по натуре эгоистка, мне очень важен собственный комфорт. Но не за счет других: я всегда сделаю так, чтобы не страдали мои близкие. Приносить себя в жертву ради кого-то или идти по головам к цели я тоже не готова. Если вдруг неумышленно доставила кому-то неприятности, обязательно постараюсь объясниться и все исправить.

— Для вас важны любимая работа, семья, комфорт и достаток. А что вы делаете для здоровья?

— Специально — ничего, просто живу так, чтобы мне было хорошо. Ем то, что нравится, не делаю того, что не хочется, не пускаю в свою жизнь неприятных людей. И самое главное — никогда не коплю обиды и ненависть, мстительность мне не свойственна. Люди, которые сделали мне что-то плохое, просто исчезают из моей жизни, а вместе с ними уходят их слова и поступки. А я иду дальше. Но всегда анализирую случившееся. То, что доверилась, — не ошибка, это опыт, пусть и негативный. Важно понять, что я сделала не так, почему меня обидели или я обидела кого-то.

— Уже несколько лет вы живете в Италии, очень любите эту страну. Чем вам симпатичны итальянцы?

— С ними легко, весело, не нужно выпендриваться и что-то изображать. Но раскрыть душу… Наверное, нет. Такая особая глубина все же свойственна только нам.

— У вас с мужем есть там друзья?

— Он живет в Италии с 14 лет, поэтому среди его друзей есть и итальянцы, и наши. Но это не значит, что он плачется им в жилетку (смеется). Там почему-то и нет в этом необходимости. С моей школьной подругой из Литвы мы очень близки, общаемся до сих пор, и это прекрасно.

— Сын тоже живет в Италии?

— Да, в Милане. А мы в Падуе — это три часа на поезде. Боре уже 20 лет. Взрослым детям нужна не столько мама, сколько друг, который всегда выслушает, посмеется, расскажет про свои дела…

— Насколько вы привязаны к своему образу жизни, быту?

— Я человек гибкий, спокойно могу подстроиться под обстоятельства. Например, везде, кроме Италии, кофе кажется мне невкусным. Но я не испытываю никакого дискомфорта по этому поводу и просто спокойно перехожу на воду.

— Неудобно даже спрашивать, любите ли вы итальянскую кухню…

— (Смеется.) Что ценно, она очень понятная. Люблю пасту-рагу, римское мясо. К морепродуктам стала относиться спокойнее, между мясом и рыбой уже выберу первое. Обожаю итальянский хлеб с разными начинками. Вообще, у меня три любимые кухни — итальянская, израильская и японская. А еще я большая сладкоежка.

— В те редкие дни, когда вы дома, что готовите?

— Мои все любят курицу с яблоками и запеченные в духовке овощи или рыбу.

— Италия — это великие дизайнеры. А что вы скажете о вкусе и чувстве стиля на улицах городов?

— Наше время прекрасно отсутствием жестких рамок и свободой выбора. То, что одному кажется безвкусицей, для другого — верх роскоши. В каждом регионе свой стиль. Север более строгий, сдержанный, много черного. Юг — это леопард и золото.

— В свое время вы запустили собственную обувную линию. Она еще существует?

— Конечно. Но с началом проекта «Жизнь других» ее пришлось временно заморозить, потому что Василий не в состоянии успеть везде.

— Вы когда-нибудь покупали себе недорогую обувь? Или считаете, что она не может быть красивой и качественной одновременно?

— Признаюсь, я люблю хорошую дорогую обувь, хотя сейчас к ней есть много вопросов. Особенно когда мы сами стали этим заниматься. Но у меня такая работа, что через 4 дня снашивается любая, даже брендовая, обувь. Поэтому для съемок мне часто приходится покупать что-то демократичное.

— Вы купите роскошные туфли, даже если понимаете, что придется в них мучиться?

— Увы, да (смеется).

— К чему еще из вещей, кроме обуви, вы испытываете страсть?

— К сумкам. Не могу сказать, что я их коллекционирую (смеется), но, если сумка мне очень понравилась, куплю обязательно. Еще одна моя слабость — платья. Тут меня не остановит даже размер. Я знаю, что, если надо, смогу похудеть или поправиться, ушить или расставить. Кстати, платье — мой единственный мотиватор сбросить лишние килограммы (смеется).

2019

Поделитесь статьей в соцсетях:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

− два = два