Сергей Бурунов – Высший пилотаж!

Сергей Бурунов актер фото У Сергея Бурунова долго не было ролей, про таких говорят — «человек второй половины жизни». Но, как прирожденный летчик, Сергей верил: он еще наберет нужную высоту.

— Сергей, сегодня даже трудно представить, но вы чуть не стали военным летчиком. Как вас туда занесло?

— В 13 лет я пришел в аэроклуб. Примерно в это же время мы с отцом попали на авиационный праздник в Кубинке (город в Московской области). Кажется, отмечали юбилей авиаполка. Помню, добирались целый день, но это того стоило: четыре с половиной часа я наблюдал, как в небе летает все, что может летать. Я вообще по натуре романтик, идеалист, что лишь усугубило ситуацию (улыбается).

— А в аэроклубе занимались по-взрослому?

— Это были 1990-е годы, я застал уже развал. Государство денег не выделяло. Мы проходили теорию, наземную подготовку, мыли самолеты, и, если оставалось топливо, кому-то втихаря удавалось полетать — на тот момент бензин был на вес золота. Так что летной практики как таковой у меня не было.

— Когда вы определились с выбором профессии, родители не возражали?

— Я все детство бредил авиацией, поэтому они отнеслись спокойно. Экзамены были серьезными, а уж про физподготовку и говорить нечего. Я всегда считал себя спортивным парнем, но там нормативы были просто спецназовские. Помню, бежали кросс, так вот я свои легкие оставил уже на первом километре. Еле-еле сдал на тройку.

Кроме того, у нас были всевозможные тесты на внимание, моторику, способность к аналитическому мышлению. Например, в барокамере поднимали на высоту, меняли давление и начинали задавать разные вопросы, предлагали решать задачи. И конечно, мы проходили серьезнейшую медкомиссию.

— Вы поехали поступать в Волгоград. Легко распрощались с домом, Москвой?

— Дураком был. Маме говорили: «Все в столицу едут учиться, а он наоборот. И дальше что? Гарнизон?» Я, конечно, хлебнул по полной. Как только мы с папой сошли с поезда в Волгограде, я загрустил, а вскоре понял, что все себе нафантазировал. Но постепенно привык.

— А как же романтика профессии, первый полет?

— Все, с кем я учился, мечтали о небе, и это нас объединяло. Сейчас я вспоминаю эти два года с огромной благодарностью, как один из лучших периодов в моей жизни.

— Никогда не жалели, что не стали летчиком?

— Если бы я тогда знал, какие типы гражданских воздушных судов появятся сегодня в авиапарке, то еще подумал бы, уходить ли. Но на тот момент никаких перспектив не просматривалось.

— Зато в училище вы стали играть в КВН.

— Это был вызов себе (улыбается). Естественно, я волновался, трясся, но что-то выкаблучивал.

— Тогда вы решили стать актером?

Сергей Бурунов в роли мента— Товарищ предложил пойти в театральный. Но в первый раз я не поступил. И это был удар. Тем не менее год нужно было чем-то заниматься, и тогда я пошел в эстрадно-цирковое училище. Упор там делался на физическую подготовку. Я научился садиться на шпагат, жонглировать, но главное — подготовился к поступлению в Щукинское училище.

— Что почувствовали, когда увидели себя в списке принятых?

— А я себя не увидел, и потому тот день не был для меня самым счастливым. Мой будущий художественный руководитель Марина Александровна Пантелеева сказала: «Завтра будет ректор Владимир Абрамович Этуш — придешь». Мне предложили обучение на платной основе. Я позвонил папе, и он ответил: иди. Правда, голос у него дрогнул. На третьем курсе меня перевели на бесплатное отделение.

— Как вы оказались в Театре сатиры?

— Было одно желание — выпуститься. Так получилось, что на четвертом курсе нами никто не занимался. Мы сами организовывали показы в театрах, но, так как мне предъявить было особо нечего, я постоянно таскал с собой мятый листок со списком чужих отрывков и объявлял своих однокурсников (смеется). А потом началось безудержное веселье и праздное шатание по Москве, продолжавшееся полгода, пока я не пришел к Александру Анатольевичу Ширвиндту.

— Почему именно к нему?

— В Вахтанговский брали только лучших, а я в их число не входил. От безысходности позвонил Юрию Борисовичу Васильеву, актеру Театра сатиры и своему педагогу по цирковому училищу. Показывал какую-то чушь, но Александр Анатольевич взял меня в штат, правда, предупредил, что предложить мне пока нечего. И понеслось: гуляющие в парке, стражники, грибы, кто-то в шестом составе «Малыша и Карлсона»… А время шло, надо было что-то решать. Я оставлял свои фото в каких-то агентствах — все безрезультатно. Параллельно я стал работать «голосом».

— Немногие знают вас как мастера дубляжа. Это прекрасный опыт, а в тяжелые времена — еще и хлеб.

— Надо отдать должное моему преподавателю Марине Владимировне Бакиной, которая, услышав, что я сижу без работы, просто притащила меня к микрофону… Кстати, в кино я попал благодаря дубляжу: знакомился с режиссерами, ассистентами по актерам, появлялись контакты.

— Кто был ваш первый главный герой?

— В 2003 году — Мэттью Макконахи в фильме «Как отделаться от парня за десять дней». Ди Каприо — без комментариев, наши с ним отношения начались еще в 2005 году. Было интересно с Полом Джаматти, Джонни Деппом, хотя он, конечно, своеобразный парень (смеется). Мне это нравилось. В отличие от того, что я делал в театре. Позволялось экспериментировать. Я носился по разным студиям, молодой был. Сейчас зовут уже, конечно, реже. Хотя недавно озвучил третью часть фильма «Монстры на каникулах». А когда в телевизор попал — все, доброжелателей-то полно: «Он не может, занят». Где занят?

— Но сегодня вы действительно снимаетесь без перерыва. Пытаетесь как-то распределять нагрузку? Обычно актеры впрягаются и везут до последнего…

— И зря. За это мы расплачиваемся своим здоровьем и личным счастьем. Здоровье должно быть неотъемлемой частью актерской профессии, поскольку психоэмоциональные и физические нагрузки -колоссальные. По молодости я, конечно, плевал на это, но потом тут кольнуло, там прихватило, и врач мне сказал: «Ты же ТО машине делаешь, а себе почему нет?» Так что теперь я, если появляются окна, сразу чемодан в зубы и на море первым же рейсом.

— За последние пару лет сколько раз удалось вырваться?

— Ни разу (смеется). Зато летом получилось совместить приятное с полезным: на неделю поехал на «Кинотавр».

— Как вы восстанавливаетесь после тяжелых съемок?

— Главное — выкинуть все из головы и постараться заснуть. Но с возрастом это уже не так просто, психофизика — механизм очень тонкий и капризный. Потом хорошо сходить в спортзал, бассейн или, не побоюсь этого слова, в спа. Правда, я тот еще пловец (смеется), но метров 50-100 одолею. А вот на тренажерный зал меня часто уже не хватает. Зато когда появляется большой перерыв, я отсыпаюсь и иду качать пресс.

— У вас хватает времени, чтобы, например, побаловать себя хорошим кино?

— Меня часто спрашивают: «А ты видел? Нет? Да ты не жил!» У меня накопился уже целый список фильмов. Народ как-то успевает даже сезонами смотреть! Я спрашиваю: вы не устаете, что ли? У меня к выходному столько дел скапливается! Съездить туда-сюда, кто-то позвонил, а есть еще брат, папа… И все, день прошел. А утром опять: «Сергей, машина в шесть сорок пять».

— Вы любите вкусно поесть или вынуждены держать себя в ежовых рукавицах?

— А кто же не любит? Но я стараюсь соблюдать умеренность. Что касается предпочтений, то больше тяготею к русской кухне. Но вообще, я всеядный. Правда, перестал есть мясо млекопитающих. Птицу, рыбу — да, а этих мне что-то жалко стало. И сладкое не люблю.

— Сами готовите?

— Под настроение. У меня случаются припадки — фантазирую, экспериментирую, но есть это невозможно (смеется). Да и времени нет. Спасает готовая еда из супермаркета или на заказ из проверенных точек.

— Вам важно, как вы выглядите?

— Не скрою: приятно надеть качественную вещь известного бренда, которая тебе идет, но я отношусь к этому без фанатизма. Я не шопоголик и ненавижу торговые центры. Вообще, магазины для меня — это стресс.

— За время нашей беседы несколько раз прозвучало слово «возраст». Но вам же всего сорок два — по нынешним временам просто мальчишка…

— С другой стороны — уже сорок два, а не двадцать пять. Бывало, прибегаешь с одной площадки на другую и спрашиваешь: а что снимаем? Напомните сюжетик (смеется). После периода полного затишья со страху соглашаешься на все, чтобы не возвращаться туда, где телефон постоянно молчит. Но когда однажды у меня пересеклись пять проектов и организм начал давать сбой, я перестал хвататься за все подряд.

— И каковы приоритеты?

— В первую очередь — сценарий, роль, что мне там играть. Прошлой весной мне прислали очень интересную историю, режиссер — выпускница ВГИКа. Я согласился даже без гонорара — молодым надо помогать, да и самому хотелось пробовать себя в новом качестве. А в учебной работе своей знакомой я вообще снялся в массовке, чтобы поддержать.

— В какой из последних ролей вам удалось проявить себя с другой стороны?

— На мой взгляд, в «Домашнем аресте». Это тоже комедия, но самый серьезный и долгий проект в моей жизни. Сценарий написал Семен Слепаков, а я выступил в совершенно непривычном для себя амплуа. Еще мне нравится моя работа с Романом Прыгуновым в «flyxless-2», где я сыграл генерала юстиции.

— В профессии для вас существуют какие-то табу? Скажем, вы готовы работать с талантливым, но не очень порядочным режиссером?

— Хороший человек — не профессия. Если режиссер сделает так, что в кадре я буду — во! Прощу ему все. Кроме унижения. А табу из серии, сниматься в постельной сцене или мне батюшка запрещает, вызывают у меня вопросы. Тогда зачем ты пришел в профессию, где придется и раздеваться, и мерзавцев играть?

— Но вот Сергей Маковецкий отказался от роли Чикатило. По его мнению, есть роли, от которых надо уходить…

— Я считаю иначе. Актерская кухня у каждого своя. Сергей Васильевич для себя решил так. А я бы согласился на такую очень неоднозначную роль.

— Вы человек достаточно закрытый. Случалось, что вы доверялись людям, а потом жалели об этом?

— Я стал пуглив и сентиментален (смеется). Как говорил один мой знакомый, доверять нельзя даже собственной ж..е. Очень тяжело так жить… Но как говорил другой мой хороший знакомый, командир воздушного судна, жизнь понаставила фильтров.

— А какой вы в компании: любите быть в центре внимания или скорее слушатель?

— Если это люди, близкие мне по духу, я могу делать все, что захочу. Бывает, молча слушаю, а иногда фонтанирую так, что не заткнешь (смеется).

— Вы азартный человек?

— Применительно к играм — нет. Но я люблю машины, это часть меня. Правда, в сравнении с моим другом, Мишей Владимировым, у меня еще не все так запущено (смеется). Я никогда не видел его белую (!) машину грязной. Раньше я не понимал этого, а теперь не представляю, как может быть иначе. Это мое пространство. Я порой за машиной слежу лучше, чем за собой; там хорошая акустика, чисто и приятно, а главное, никто не совокупляется с моим мозгом.

— Пробовали экстремальное вождение?

— Когда мне показали, как все происходит, я испугался, из машины вылез с глазами какающей кошки. Так же я поначалу вылезал из самолета… Просто мозг сразу не справляется с программой, это же угроза. Еще одна радость для меня — мотоцикл. Если ездить с головой, то это не опаснее, чем на автомобиле. Но мотоцикл — только в выходные, для кайфа, за городом.

— Ваш роман с авиацией окончен?

— Увы. Но изредка выбираюсь на аэродром Большое Грызлово, чтобы полетать.

— Испытываете драйв, когда садитесь за штурвал?

— Еще какой! (Смеется.)

Краткая биография.

Родился 6 марта 1977 г. в Москве. В 2002 г. окончил Высшее театральное училище им. Б. Щукина. С 2003 г. занимается дубляжем фильмов. Его голосом говорят Джонни Депп, Леонардо Ди Каприо, Ченнинг Татум, Мэтт Деймон, Бен Аффлек и другие звезды. В 2008-2012 г. был признан лучшим артистом шоу пародий «Большая разница».

2019

Поделитесь статьей в соцсетях:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

пять + три =