Петар Зекавица – Человек мира

Петар Зекавица актер фотоПетар Зекавица — исполнитель главной роли в сериале «Вокально-криминальный ансамбль», побывавший в разных странах, подобно известному сказочному герою может повторить: «За морем житье не худо!» Но в России лучше.

— Петар, расскажи о своем персонаже — британском рокере.

— Когда сценарист Денис Карышев предложил мне эту роль, у меня в голове тут же возник подходящий образ — нечто среднее между Миком Джаггером, Родом Стюартом и Элтоном Джоном. По сюжету знаменитый музыкант, несмотря на давление со стороны лоббистов и прессы, в 1979 году приезжает в СССР. Мы долго думали, каким должен быть мой Сэм Хоквил. Нужно было соблюсти баланс между талантом, интеллектом и распущенностью — чтобы не получилась карикатура. А еще показать отличия от советских людей в менталитете, мировоззрении, поведении. Но кажется, у меня получилось неплохо (улыбается).

— В фильме ты на вполне профессиональном уровне танцуешь и играешь на гитаре. Для этого понадобилось брать уроки?

— Я прилично играю на фортепиано, а вот с электрогитарой пришлось помучиться. Все делал по наитию. Наверное, во мне живет рок-звезда (смеется).

— Но ты же окончил музыкальную школу?

— Нет. Нам с сестрой нанимали частных преподавателей. Родители очень хотели, чтобы мы освоили хотя бы один музыкальный инструмент. Поначалу нам жутко не нравилось, но потом втянулись. Оказалось, нотная грамота и сольфеджио не так уж и скучны.

— Однажды ты назвал себя режиссером с актерскими задатками…

— Я действительно так думаю, хотя у меня нет диплома режиссера. Сейчас в Сербии снимаю свой дебютный фильм «Кракен», историю человека, столкнувшегося с социальным отчуждением. Ему тяжело жить в обществе потребления. Чтобы освободиться от этих оков, придется стать в прямом смысле чудовищем. Картина в трех частях: чтобы понять первую, нужно посмотреть две остальные.

— Надеюсь, что актерскую профессию ты все же не оставишь…

— Я снялся в восьмидесяти проектах, но, конечно, как актер еще не все сказал. Сейчас расширяю свою профессиональную географию. Хочу попробовать себя во Франции, Италии. А Индия — это вообще мечта. Мне импонирует пластика индийцев, их способность передавать даже вкусы, запахи. Чистая метафизика!

— Ты два года прожил в Париже. Чем занимался?

— Там живет моя возлюбленная — современная художница. Жить на два города оказалось тяжело. Вообще, Париж не то место, где я мог бы обосноваться, хотя люблю его за непринужденность и возможность вкусно позавтракать, забыв обо всех проблемах (смеется). По энергии и атмосфере мне ближе Рим, Белград, Петербург — в них чувствуется мощь и в то же время какая-то недосказанность.

— Особенно сейчас, во время протестов желтых жилетов!

— А Париж всегда бунтует. Вспомни студенческую революцию 1968 года. Но и неряшливый, грязный, этот город не теряет своей жизнерадостности.

— Почему ты как Гоша Куценко не снимался в фильме «Балканский рубеж», где рассказывается о событиях, происходивших на твоей родине?

— Вячеслав Лисневский, с которым мы работали на фильме «За гранью реальности», пригласил меня попробоваться на роль главного антагониста — албанского террориста. Я попытался сыграть не ходульного мерзавца, ведь по сценарию он — сын богатых родителей, живет в Швейцарии. И его единомышленники надеются, что после войны он сможет претендовать на высокий государственный пост… Меня утвердили, подписали договор, и я уехал с детьми на заслуженный отдых в Хорватию.

Петар Зекавица биографияНо сопродюсером «Балканского рубежа» с сербской стороны был Милош Бикович, который решил протолкнуть на эту роль своего партнера по бизнесу — получился эдакий междусобойчик. Было очень обидно получить удар с той стороны, откуда не ждал. Увы, сегодня сербами овладела зависть, корысть. Видимо, чтобы загладить вину, мне предложили сыграть врача-немца, торговавшего органами погибших солдат и заложников. Была такая черная страница в сербской истории. Виновники до сих пор не наказаны… Я не захотел участвовать в подобном. Принципы и человеческие отношения важнее денег и славы.

— Только не говори, что гонорар не имеет значения!

— В хорошем фильме я готов и бесплатно сниматься! Только никому об этом не говори! (Смеется.) Хотя, конечно, любая работа должна быть оплачена. Почему-то считается, что в России артисты получают баснословные гонорары, и никто не думает, сколько часов порой длится смена. Одним словом, пока мы далеки от американских гонораров и от их отношения к работе.

— Мне кажется, что ты мог остаться и в США.

— Я был свидетелем событий 11 сентября 2001 года. Взрыв первой башни услышал сквозь сон, а минут через пятнадцать зазвонил телефон: коллеги, друзья, родственники беспокоились за меня. Вышел на улицу и увидел одну горящую башню и самолет, летящий ко второй. Взрыв. Дым. Столб мелкой строительной пыли. Повсюду летали обгоревшие обрывки документов, банковских счетов… Полиция, оцепив район, проверяла у всех прописку. В тот моменту меня не было регистрации штата Нью-Йорк. Путь домой был отрезан на трое суток. Пришлось жить у друзей… На меня накатила депрессия. Я посчитал, что на мир надвигается нечто жуткое. Моя семья в то время жила в Москве, и я решил вернуться, чтобы в случае катастрофы быть рядом с родными.

— Россия — твой дом?

— Моя вторая родина. Когда в родной Югославии началась война, наша семья оказалась в Москве. Родители приняли решение остаться. Мы с сестрой учились в школе с углубленным изучением химии. В России я вырос, женился, у меня двое детей — Софья и Захар.

— Уже понятны их склонности?

— Софья пробовала себя в единоборствах, на катке, танцполе. Сейчас занимается плаванием и верховой ездой. При этом очень круто рисует, придумывает истории, которые сама же снимает. Захар — прирожденный эстрадник, экстравагантно одевается, громко извлекает на трубе ноту до. Я тоже начал было осваивать этот инструмент, но потом передумал (улыбается).

— Не стать тебе вторым Бреговичем! Может, дочь пойдет по твоим стопам…

— Говорить об этом пока рано. Не исключено, что дети захотят жить на ферме, в окружении лошадей и собак. У Софьи вообще особые отношения с животными, даже волки в зоопарке замирают при ее появлении (улыбается).

— Дети часто бывают на твоей родине?

— Все праздники и каникулы мы проводим в Сербии. Я открываю им самые необычные места моей страны. Например, скоро мы с Софьей и Захаром отправимся путешествовать по горе Таре и пескам Делиблатской Пешчары. Геологи говорят, это дно некогда существовавшего тут Паннонского моря. А остряки называют европейской Сахарой и старейшей пустыней Европы. На самом деле, это невероятной красоты дюны, где обитает большое количество разных животных.

— Ты не только путешественник, но еще и полиглот…

— Все благодаря обстоятельствам, а не какому-то невероятному таланту. В Софии, в школе при советском посольстве, я освоил русский и болгарский, в Америке — английский. А испанскому научился у мексиканцев, с которыми работал в ресторане. Плюс — сербский и немецкий. В начале 2000-х языки помогли выжить. Я работал переводчиком в пиратской конторе, она располагалась в подвале дома в Подмосковье. Сначала очень ответственно относился к своим обязанностям, а потом понял, что надо не хорошо, а быстро. За три месяца перевел аж 15 фильмов! Это очень много.

— Не спал ночами?

— Спасал кофе. Вообще, для меня идеальное утро должно начинаться с чашки кофе и стопки фруктовой ракии (улыбается).

Краткая биография:

Петар Зекавица родился 8 октября 1979 г. в Белграде (Югославия). В 1991 г. семья Петара переехала в Москву. Окончил факультет политологии Гавайского Тихоокеанского университета. Избранная фильмография: «Кремлевские курсанты», «Матч», «Григорий Р.», «Духless-2», «Садовое кольцо», «За гранью реальности». Разведен, воспитывает дочь Софью (2008) и сына Захара (2014).

2019

Поделитесь статьей в соцсетях:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

тридцать два − = тридцать один