Евгений Гришковец: Снимать кино — счастье

Евгений Гришковец режиссер фото Евгений Гришковец — исполнитель одной из главных ролей в новом сериале «Обычная женщина», драматург, музыкант и театральный режиссер рассказал, в чем заключается секрет семейного долголетия и что у него общего с космонавтом Алексеем Леоновым.

— Евгений, в последнее время вы на телевидении — редкий гость. Чем вас заинтересовал проект?

— Именем режиссера. У Бориса Хлебникова я готов сниматься не читая сценария. Для всех любителей кино Боря — гарант качества. Все, что он делает, — серьезно, интересно и понятно современному зрителю. На самом деле большую часть фильма я искренне полагал, что снимаюсь в семейной драме, а мой персонаж — главный подлец и инициатор развала семьи. Представляете, каким сюрпризом стал для меня тот факт, что моя сериальная жена в исполнении Анны Михалковой занимается не цветочным бизнесом, а сутенерством!

— Борис Хлебников не дал вам весь сценарий, чтобы усилить накал страстей?

— Думаю, да. Я ведь верил, что играю главного подлеца! И эту убежденность не подделать.

— Режиссер позволял актерам импровизировать?

Евгений Гришковец театр— Он сам довольно смело сокращал диалоги, прописанные в сценарии, убирал даже целые сцены. Так он старался добиться более сдержанной актерской игры — без рыданий и отчаянного заламывания рук. И все равно некоторые сцены были прописаны настолько условно, что актерам приходилось додумывать. Но это не было импровизацией, перед съемками мы репетировали. Что-то Борис принимал, что-то нет.

— А возможно ли такое на самом деле, чтобы люди, прожив вместе почти два десятка лет, не подозревали, что у каждого из них есть другая жизнь?

— История героини — это что-то из ряда вон выходящее. Но я был свидетелем или участником таких историй, которые даже не могу описать в своих произведениях, потому что никто не поверит!

— На ваш взгляд, супруги должны быть абсолютно откровенны друг с другом?

Евгений Гришковец дочь личная жизнь— Иногда признание становится перекладыванием ответственности: мол, я честно рассказал об измене, а теперь живи со мной, таким мерзавцем! Вообще, чем дольше я живу, тем больше убеждаюсь, что бывают ситуации, из которых нет нормального выхода. Сознаться — ужасно, скрывать — еще хуже. Расстаться невозможно и жить друг с другом тяжело. Наверное, нужно осознать взаимную потребность друг в друге. Порой смотришь на 80-летних старичков, бредущих рука об руку, и думаешь: за длинную жизнь у них наверняка было много всего — лжи, ссор, расставаний.

— У вас трое детей. Какую оценку вы поставили бы себе как отцу?

— Пусть это сделают мои дети. Только они вряд ли согласятся. Мы ведь живем, а не устраиваем соревнование с выставлением баллов. Про своих детей могу сказать, что они — лучшие!

— Что вы стараетесь им дать, что вложить?

— Как можно больше счастья и радости. Если приходится повышать голос — а я это делаю крайне редко, — больше сам расстраиваюсь. Но дети знают, что до активного включения в ситуацию меня лучше не доводить! Самое тяжелое наказание для них — жесткий запрет.

— Вы уже двадцать лет живете в Калининграде, хотя родились в Кемерове. Как давно были на малой родине?

— В августе. На Дне шахтера мне присвоили звание почетного гражданина города. Ранее такой чести меня удостоили калининградцы. Кстати, как и легендарного космонавта Алексея Архиповича Леонова. Кемеровская земля взрастила много знаменитых людей, оттуда родом Алена Бабенко, Владимир Машков, покойный Андрей Панин. Но практически все уехали учиться в другие города. А я жил в Кемерове до 32 лет и очень тесно с ним связан.

— Второй родной для вас город — Калининград — в последнее время стал популярным туристическим направлением. Как думаете, почему?

Евгений Гришковец концерт группа песни— Потому что туда переехал я (улыбается). Калининградская область — это небольшая, но очень уютная часть Балтийского побережья. Место с историей, дюны, сосны… Плюс флер самого Кенингсберга — родины Канта и Гофмана.

— Где вы предпочитаете отдыхать, в России или за границей?

— Отдыхать я не умею. Все мои поездки, за редким исключением, связаны с работой. И их так много, что лучший отдых для меня — это побыть дома.

— Смотрите ли вы телевизор? Какова, на ваш взгляд, главная миссия современного телевидения?

— Выжить в борьбе с Интернетом (улыбается). У меня, кстати, компьютера нет. Все произведения пишу от руки. По телевизору смотрю в основном новости и канал «Культура».

— В 2010 году на экраны вышел фильм «Сатисфакция», в котором вы не только сыграли главную роль, но и выступили в качестве сопродюсера. Не думали о том, чтобы повторить этот опыт?

— Театр или литература требуют гораздо меньших материальных вложений. Деньги на производство фильмов дают с определенными условиями. Никто — ни государство, ни инвесторы — ничего не подарит просто так. А я не люблю быть кому-то должен. Что касается «Сатисфакции», я считаю, что фильм получился. У него был неплохой прокат, и нам удалось вернуть деньги. Вообще, скажу так: снимать кино — счастье! Но заниматься прокатом — дело неблагодарное. И я не хочу тратить на это свое время.

— А поработать в качестве сценариста, как это было на той же «Сатисфакции», вам было бы интересно?

Евгений Гришковец интервью— Да, только в одиночку я не смогу. Все-таки сценарист — это совершенно иная профессия, нежели драматург. Но помочь с написанием сценария я готов! Лучше всего у меня получаются диалоги. Так что обращайтесь! (Улыбается.)

— Ваши услуги стоят дорого?

— За тему, которая мне неинтересна, я не возьмусь, сколько бы мне ни пообещали. А ради хорошей истории всегда можно договориться о приемлемых для всех условиях.

— Когда пишется лучше — на эмоциональном подъеме или, напротив, в минорном настроении?

— Хорошо пишется, когда здоров я сам и мои близкие, у всех нас нет серьезных проблем, в стране и мире более-менее спокойно. На драматические события я не могу не реагировать, и это, конечно, выбивает из колеи. И писать я могу только дома. Норма — семь-десять страниц в день.

— Если бы у вас была возможность обратиться к себе двадцатилетнему, что бы вы сказали?

— В это время я служил на флоте и страшно тосковал по дому. Я бы сказал себе: «Не переживай, все не зря! Дослуживай, а дальше все будет хорошо».

2018

Поделитесь статьей в соцсетях:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

тридцать девять − двадцать девять =